Выбери любимый жанр

Плененные - Робертс Нора - Страница 2


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта:

2

Заработало воображение.

…Натура, день. Небо затянуто тучами, воет ветер. В убогой деревушке с покосившимися заборами и разбитыми окнами семенит по грязной дороге сморщенная карга с тяжелой закрытой корзиной в руках. Огромный черный ворон каркает, хлопает крыльями, садится на ржавый столб от ворот. Птица и старуха пристально смотрят друг на друга. Издалека доносится долгий отчаянный вопль…

Картинка пропала — кто-то выскочил из магазина, свернул, споткнулся, глухо пробормотал извинения.

Нэш кивнул. Ладно, не стоит давать волю фантазии до беседы с экспертом. Сначала рассмотрим товары.

Витрина впечатляет своей театральностью. Подставки разной высоты и ширины, задрапированные темно-синим бархатом, напоминают реку с водопадами, по которой плывут россыпи кристаллов, пленительно сверкая на утреннем солнце. Прозрачные, как стекло, и ошеломляюще яркие, розовые, цвета морской волны, фиолетовые, чернильно-черные, тоненькие, как волшебная палочка, сбитые в гроздья, образующие сюрреалистические замки и города. Над россыпями и гроздьями висят на тонких проволочках граненые камешки, отбрасывая повсюду радужный свет.

Нэш выпятил губы, раскачиваясь на каблуках. Конечно, покупателей привлекают краски, формы, блеск. Искренняя уверенность, что кусок камня обладает некоей силой, заставляет лишний раз восхититься человеческим разумом. Тем не менее, камни очень красивые.

Возможно, в подсобке кипит ведьмин котел.

Тихо фыркнув, он все-таки бросил еще один взгляд на витрину, прежде чем толкнуть дверь. Возникло желание что-нибудь купить для себя. Пресс-папье или солнечного отражателя вполне достаточно, если тут не торгуют чешуей драконов и волчьими клыками.

В магазинчике полно народу. Нечего было являться в субботу. Впрочем, есть время побродить, поглазеть, разобраться, чем торгуют ведьмы в двадцатом веке.

Витрины в зале впечатляют не менее уличных. В разрезах каменных гроздьев сверкают сотни кристальных зубов, хрупкие пузырьки наполнены разноцветными жидкостями. Надеясь обнаружить любовные зелья, Нэш с легким разочарованием прочел на одной этикетке, что флакончик содержит успокаивающий розмариновый бальзам для ванны.

Ароматические травы, травяные чаи, кулинарные приправы в пакетиках, свечи нежных расцветок, кристаллы всевозможных форм и размеров, искусные ювелирные изделия под витринным стеклом. Произведения искусства — картины, статуи, скульптуры — расположены мастерски, как в художественной галерее.

Восхищенно разглядывая медную лампу в виде крылатого дракона с горящими красными глазами, Нэш заметил ее краем глаза, распознав с первого взгляда истинный облик современной колдуньи. У витрины с россыпью камней дискутирует с покупателями томная блондинка. Соблазнительная фигурка обтянута черным спортивным костюмом, серьги до плеч, пальцы со смертоносно длинными красными ногтями сплошь в кольцах.

— Нравится?

— М-м-м… — Нэш оглянулся на глуховатый женский голос и сразу позабыл о ладной молоденькой ведьме в углу. Взглянул в глаза цвета кобальта, сердце замерло. — Что?

— Дракон. Я хотела себе его взять. — Полные мягкие губы без помады изогнулись в улыбке. — Любите драконов?

— Безумно, — признался он неожиданно для себя. — Вы здесь часто бываете?

— Часто.

Трудно составить полное представление. Волосы цвета черного дерева и сливочно-белая кожа, большие глаза с густыми ресницами, маленький изящный нос, фигура тонкая, стройная, почти одного с ним роста. Простенькое голубое платьице выбрано со вкусом. Есть в ней что-то непонятно пленительное.

На пухлых губах опять заиграла понимающая и любопытная улыбка.

— Уже бывали в «Викке»?

— Нет. Потрясающе.

— Интересуетесь кристаллами?

— М-м-м… пожалуй. — Нэш рассеянно сгреб горсть аметистов. — Хотя пропускал в школе уроки геологии.

— Тогда вряд ли получите здесь аттестат. — Она кивнула на камни в его руке. — Если хотите проникнуть в глубины своей души, переложите их в левую руку.

Нэш послушался, желая угодить, не желая признаться, что ровно ничего не почувствовал, кроме удовольствия при взгляде на не прикрытые подолом коленки.

— Раз вы тут постоянно бываете, представьте меня колдунье.

Проследив за его взглядом, брошенным на блондинку за прилавком, занятую покупателем, она вздернула бровь.

— Хотите познакомиться с колдуньей?

— И так можно сказать.

На него вновь взглянули сверхъестественно синие глаза.

— Вряд ли вам требуется любовное зелье.

— Спасибо, — усмехнулся он. — Сказать по правде, мне требуется материал для сценария. Хочу сделать фильм о современной колдунье. Знаете, тайные шабаши, секс, жертвоприношения…

— Знаю. — Прозрачные кристаллы качнулись в ушах. — Обнаженные сексапильные женщины кружатся в хороводе, варят зелья в безлунную ночь, вовлекают беспомощных пленников в сладострастные оргии…

— Более или менее. — От нее пахнет темным прохладным лесом. — Та самая Моргана действительно верит, что она колдунья?

— Ей это точно известно, мистер…

— Керкленд. Нэш Керкленд.

Прозвучал тихий радостный смех.

— Ах, вот как. Мне ваши фильмы нравятся, особенно «Полуночная кровь». Вы наделили своего вампира немалым остроумием и чуткостью, не нарушив традиций.

— Вампир не только кладбищенская земля и гробы.

— Согласна. А колдунья не только помешивает зелье в котле.

— Совершенно верно. Поэтому я и хочу ее расспросить. По-моему, это весьма расчетливая дамочка, если сумела преподнести себя таким образом.

Каким? — переспросила очаровательная женщина, наклонившись и подхватив на руки огромную белую кошку, вилявшую у нее под ногами.

— Создав себе подобную репутацию, — пояснил Нэш. — В Лос-Анджелесе я о ней слышал всякую дичь.

— Не сомневаюсь. — Она поглаживала массивную кошачью голову, и на него теперь смотрели две пары глаз — кобальтовые и янтарные. — Но вы не верите ни в колдовство, ни в силу.

— Верю, что смогу скроить из всего этого сногсшибательную историю. — Он изобразил пленительную улыбку. — Ну, как? Познакомите с колдуньей?

Она задумчиво смотрела на него, оценивала, размышляла. Чрезмерно самоуверенный циник. Видно, жизнь представляется Нэшу Керкленду сплошным ложем из розовых лепестков. Пора наткнуться на шипы.

— Незачем.

Он автоматически пожал протянутую длинную тонкую руку, украшенную единственным, кольцом из кованого серебра, и зашипел от электрического разряда, отдавшегося в плече. Она лишь улыбнулась:

— Я и есть ваша колдунья.

Статическое электричество, решил Нэш через секунду, когда Моргана отвернулась, отвечая на вопрос покупательницы о зверобое. Гладила гигантскую кошку — отсюда разряд. Однако он бессознательно расправил пальцы.

«Я и есть вашаколдунья». Что это значит? Дело становится неприятно интимным. Красотка, ничего не скажешь, но улыбочка сильно нервирует, манит, пленяет.

В ней есть сила. Разумеется, не колдовская, а та, какой обладает любая красивая женщина благодаря врожденной сексуальности и устрашающей уверенности в себе. Мужчине неприятно признать, что его пугает женская сила воли, но в то же время нельзя отрицать, что легче иметь дело с мягкими и податливыми женщинами.

Интерес в любом случае чисто профессиональный. Ну, положим, не чисто. Только мертвец, десять лет пролежавший в могиле, может рассматривать Моргану Донован исключительно в профессиональном плане. Впрочем, надо помнить о цели.

Нэш дождался, пока она закончит переговоры, изобразил униженную улыбку и подошел к прилавку:

— Не найдется ли подходящего зелья, развязывающего язык?

— Наверняка сами справитесь. — Другого сразу бы отфутболила, а ему почему-то навстречу пошла. В случайность мало верится. В любом случае мужчина с такими теплыми карими глазами не может быть негодяем. — К сожалению, вы пришли в неудачное время. Нынче утром мы очень заняты.

— Может, в шесть зайти, после закрытия? Вместе выпьем, поужинаем…

2

Вы читаете книгу


Робертс Нора - Плененные Плененные
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело