Ночной рейд - Касслер Клайв - Страница 61
- Предыдущая
- 61/89
- Следующая
Удивительно было то, что на борту контейнеровоза никто не пострадал. Дзюбари отдал команду «Полный стоп», двигатели остановились. С борта спустили лодку для поиска участка на корме, откуда сочилась нефть и собиралась небольшими пятнами.
Обугленная кожаная куртка и сломанные пластиковые солнцезащитные очки — вот всё, что осталось от водителя глиссера.
59
По мере того как день приближался к вечеру, в настроении команды корабля «Оушен венчерер» можно было заметить осторожный оптимизм. Непрерывный поток людей и снаряжения поступал на борт с «Финикса» и «Гурона». Вскоре вспомогательные насосы уменьшили поступление воды, хлынувшей на нижние палубы. После расчистки палубы от всех остатков вышки крен уменьшился до девятнадцати градусов.
Большую часть людей, получивших тяжелые травмы, включая Хейди, перенесли в более просторные медицинские помещения военных кораблей. Питт встретил ее на палубе, когда носилки несли снизу наверх.
— Не очень похоже на круиз, правда? — сказал он, осторожно поправлял ее пепельные волосы, убирая их с глаз.
— Ни за что на свете не хотела бы пропустить его, — ответила она, храбро улыбаясь.
Он наклонился и поцеловал ее.
— Навещу тебя при первой возможности.
Затем повернулся и поднялся по наклонному трапу в рубку управления. В дверях его встретил Руди Ганн.
— Костюм «ДЖИМ» заметили, когда он плыл вниз по реке, — сказал он. — Его буксирует катер с «Финикса».
— Есть хоть что-нибудь от спасательной команды водолазов?
— Начальник команды Арт Даннинг докладывал всего минут назад. Они еще не нашли камеру, но он сказал, что центр взрыва находился где-то около носа «Императрицы». Весь бак разрушен. Загадка в том, откуда появилась взрывчатка?
— Она была заложена еще до нашего прибытия, — задумчиво сказал Питт.
— Или после.
— Невозможно пронести такое большое количество взрывчатки через кольцо нашей службы безопасности.
— Эта обезьяна Шо может пройти через любую систему.
— Один раз — вполне возможно, но не несколько раз, таща тяжелые контейнеры с подводной взрывчаткой. Они, наверное, хранили ее в носовом отсеке «Императрицы», пока не поняли, как следует ее разместить на судне, чтобы вызвать самые крупные разрушения.
— Взорвать останки кораблекрушения и договор до того, как мы появимся из-за горизонта.
— Но мы пришли рано и нарушили их временной график. Вот поэтому они украли зонд. Боялись, что он может детектировать наличие тайника с взрывчаткой.
— Неужели Шо так отчаянно стремился остановить нас, что пошел на массовое убийство?
— Этот вопрос занимает и меня тоже, — согласился Питт. — Он не произвел на меня впечатления человека, стремящего к этому. Он не мясник.
Взгляд Питта блуждал в раздумье. Неожиданно он увидел главного инженера Метца, который медленно приближался к рубке управления. У него был вид человека, готового упасть на ходу. Лицо усталое и изможденное, одежда промокла от фуражки до сапог, от него пахло дизельным топливом.
— Попробуешь догадаться? — улыбнулся он усталой улыбкой. — Старушка сделает это. «Венчерер» не будет тем, чем был раньше, но ей-богу, он доставит нас домой.
Эта была самая хорошая новость, которую услышал Питт после взрыва.
— Вам удалось остановить поступление воды?
Метц кивнул.
— Мы уже на восемь дюймов уменьшили ее уровень по сравнению с тем, какой был час назад. Как только ты смог выпустить водолазов, самые страшные пробоины были заделаны снаружи.
— «Гурон», — взволнованно сказал Питт. — Ты можешь отсоединить насосы «Гурона»?
— Думаю, да, — ответил Мерц. — Они нечто среднее между нашим оборудованием и насосами с «Финикса», должны справиться.
Питт больше не терял времени. Он закричал в микрофон наушников:
— Клингер!
Ответ последовал через несколько секунд, голос был не совсем четким.
— Эй, говорит капитан Немо с подводной лодки «Наутилус». Всё.
— Ты кто?
— Парень из «Двадцати тысяч лье под водой». Ты знаешь. Мировое кино. Смотрел, когда еще был малышом в Сиэтле. Лучшая часть — полет с гигантским головоногим.
Питту чертыхнулся.
— Клингер! — закричал он, и все, находившиеся в рубке управления, повернули головы. — У тебя слишком высокий уровень диоксида углерода! Ты понял? Проверь установку очистки воздуха. Повтори. Проверь свою установку очистки воздуха.
— Эй, а что с ней, — жизнерадостно ответил Клингер. — Индикатор показывает, что мы дышим десятью процентами СО 2.
— Проклятье, Клингер, слушай меня! Тебе нужно снизить его содержание до пяти процентов. У тебя развивается кислородное голодание.
— Очиститель включен. Что ты так волнуешься?
Питт вздохнул с облегчением.
— Продержись еще немного и активируй устройство передачи коротких высоких звуковых сигналов локатора. К тебе на помощь идет «Гурон». Тебя поднимут на борт.
— Как скажешь, — ответил Клингер неразборчивым голосом.
— Что с течью?
— Через два-три часа затопит батареи.
— Увеличь подачу кислорода. Понял? Увеличь подачу кислорода. Ждем тебя к обеду.
Он повернулся, чтобы поговорить с Ганном, маленький человечек предвидел это. Он уже был в дверях.
— Буду руководить извлечением «Сапфо I» с «Гурона» лично, — сказал Ганн и ушел.
Питт посмотрел через открытый иллюминатор и увидел, что уже подошел катер с «Финикса», и небольшой кран поднимает костюм «ДЖИМ» из воды. Купол отвинтили и открыли. Три члена экипажа «Финикса» протянули руки внутрь, достали фигуру, не проявляющую никаких признаков жизни, и положили ее на палубу. Затем один из них взглянул на Питта и поднял вверх большой палец.
— Он жив! — раздался крик.
Живы два человека в погружаемом аппарате, жив один оператор костюма «ДЖИМ», корабль всё еще на плаву — подвел итоги Питт. Только бы удача не изменила им.
Даннинг и его команда нашли барокамеру почти в двадцати ярдах от того места, где она стояла на якоре. Люк в отсек внешнего входа заело в закрытом положении, четыре человека трудились в унисон ломиками длиной четыре фута каждый, чтобы открыть его. Затем все уставились на Даннинга, глядя на него через свои маски: никто из них не хотел первым войти в барокамеру.
Даннинг проплыл внутрь так, чтобы голова оказалась в воздухе под давлением. Он добрался до небольшой полки и снял свой дыхательный баллон, немного поколебался, но затем пробрался в главную камеру. Электрический кабель, идущий к «Оушен венчереру», оторвался, и была полная темнота. Даннинг включил свой водолазный фонарь и направил его луч на небольшое помещение.
Все люди, находившееся в барокамере, погибли, они лежали друг на друге, как дрова. Кожа была темного багряно-синего цвета, кровь из сотен открытых ран собралась в одну огромную лужу на полу. От холода она уже свернулась. По тонким струйкам, сочившимся изо рта и ушей, Даннинг понял, что все они умерли мгновенно в результате ужасающего сотрясения, когда камера крутилась над дном реки, подхваченная круговращательным движением страшной силы.
Даннинг присел, тошнота поднялась к горлу, началась спазматическая рвота. Его трясло от слабости и запаха смерти. Прошло долгих пять минут прежде, чем он смог вызвать «Оушен венчерер» и говорить членораздельно.
Питт принял сообщение, закрыл глаза и тяжело облокотился на панель дисплея. Он чувствовал не злость, а только глубочайшую скорбь. Хоукер взглянул на него и прочитал эту печальную драму в складках сильного выразительного лица.
— Водолазы?
— Это был Даннинг, — сказал Питт, глаза уставились в пространство. — Люди в барокамере… никого не осталось в живых. Все умерли от контузии. Двоих нет. Если они были снаружи и подверглись воздействию взрыва, надежды нет. Он сказал, что они доставят тела.
Хоукер молчал. Он сразу очень постарел, вид у него был совершенно потерянный. Внезапно Питт почувствовал, что слишком устал. Пустая затея, весь проект — жалкая пустая затея. Они не добились ничего, кроме смерти десяти хороших людей.
- Предыдущая
- 61/89
- Следующая