Выбери любимый жанр

Убийство на Кукуц-Мукуц-стрит - Курицын Вячеслав - Страница 1


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта:

1

Вячеслав Курицын

Убийство на Кукуц-Мукуц-стрит

– Что может быть лучше трубки доброго табака и чашки крепкого кофе после трудного дела? – вдруг произнес Холмс.

Я, признаться, был несколько удивлен. По крайней мере полтора часа, предшествовавших этому высказыванию, мой друг дремал в кресле и по крайней мере полторы недели он практически не выходил из нашего гнездышка на Бейкер-стрит, коротая дни и ночи за хлопотными для окружающих химическими опытами, от которых по всему дому шел странный сладковатый запах.

– Но, Холмс, – неуверенно сказал я. – Я был уверен, что после дела фисташковой девушки, которое благополучно разрешилось в позапрошлый четверг, вы исключительно воняли своими пробирками да еше истребляли в огромных количествах, словно на спор, сигары «Дойельс».

– События, протекающие у нас в сознании, могут достигать такой интенсивности, что эмпирический опыт потом уже ничему не способен научить человека, – ответил Холмс цитатой из Лидии Гинзбург и, заметив мое вытянувшееся лицо, рассмеялся. – Видите в чем дело, дорогой Уотсон. Сыщик никогда не должен терять форму. Вот уже вторую неделю мой мозг занят передронуклеиновыми кислотами, и, чтобы он не отвык от практической работы, я в такие моменты обычно сам придумываю какую-никакую загадку, сочиняю таинственный случай, намечаю две-три улики, а потом решаю, какое всему этому может быть объяснение. Строго говоря, Уотсон, вы сами грешите подобным: когда лондонский преступный мир долго не поставляет нам материала, ваши читатели начинают скучать, а бумажник томиться по свежему гонорару, вы сочиняете истории, которых в действительности не было, и приписываете мне подвиги, которых я не совершал. Надо признать, что иногда это получается у вас недурно: я до сих пор удивлен той изобретательностью, с которой вы сочинили историю о кошмарной баскервильской собаке. Почему бы и мне не заниматься тем же самым? Правда, не ради денег и славы, а ради удовольствия и тренировки. Только что я провел в уме весьма любопытное расследование.

– Знаете что. дорогой Холмс, – воодушевился я. – Почему бы вам не рассказать мне о нем? Я опишу этот случай как действительный, если он, конечно, того стоит, а денежки мы поделим пополам.

– Шестьдесят процентов, Уотсон, шестьдесят процентов мне. Я, знаете ли, на мели, а кроме того: очень уж изящная может получиться новелла.

– Согласен! – воскликнул я, сгорая от нетерпения.

– Что же, слушайте, – Холмс закурил и начал рассказ…

…(далее пересказывается сюжет одного из рассказов А. Конан-Дойла, например, «Пестрой ленты» или «Цветка нарцисса»)…

… – Ну как, милый Уотсон? Сможем ли мы быстро продать эту безделушку в «Стрэнд-Мэгэзин»?

– С руками оторвут, за уши не оттащишь, – облизнулся я, – Думаю, что Сидней Пейджет не задержит с иллюстрациями, и в ближайшем номере журнала читатель найдет этот замечательный рассказ. Я назову его… Я назову его «Цветок нарцисса»» Согласитесь, Холмс, славно придумано. Хорошее название – половина дела. Под таким названием можно опубликовать любую ерунду… Эх, зря, конечно, я согласился на ваш грабительский процент, но слово джентльмена – закон… Готовьте кошелек, Холмс, а я поспешу к столу и перу.

– Не торопитесь, Уотсон, – Холмс, человек большого физического здоровья, подошел к камину, выломал громадную чугунную решетку и без видимых признаков напряжения завязал ее в узел. – Не торопитесь, Уотсон… Спешка нужна только при ловле кэбов и блох. Форма этого узла, а также некоторое характерное жжение в груди говорят мне, что скоро мы столкнемся с новым делом. Сыщики, вы знаете, чуют нутром. Посмотрите, Уотсон, раздел происшествий в газетах, нет ли там чего интересного?

– Две проститутки утопились в канале на глазах митинга общества защиты растений… Сэр Исаак Нэдлин убил в состоянии психического припадка в своем доме на Кукуц-Мукуц-стрит собственную сестру, а придя в себя, вызвал полицию и сдался в руки инспектору Лестрейду… Пожар на яхте… Драка на ипподроме… Простите, наоборот, драка на яхте, а на ипподроме – пожар…

– Исаак Нэдлин, – задумчиво произнес Холмс. – Я видел его два или три раза в клубе филателистов. Маленький, неуклюжий господин. О нем говорили, как о человеке со странностями, коллекции у него якобы были очень беспорядочные, но малым он был, насколько я знаю, весьма милым и безобидным. Знаете что, Уотсон. Посмотрите во всех газетах, что еще пишут об этом деле, а я пока пойду поссу…

Когда Холмс вернулся, я уже изучил все то немногое, что сообщила пресса о деле на Кукуц-Мукуц-стрит. У сэра Исаака Нэдлина и его сестры Элизабет был дом, доставшийся по наследству – довольно солидный, надо заметить, двухэтажный особняк, хотя сами брат и сестра жили скромно, с весьма средним достатком. Семей они не завели, существовали уединенно. Убийство произошло вчера утром в спальне сэра Исаака. Он сам вызвал полицию и в ужасе признался в содеянном, объясняя его исключительно помутнением рассудка. Сэр Нэдлин нанес сестре один, но смертельный удар ножом под правое ухо. Единственное, что могло вызвать сомнение: ножа на месте преступления не оказалось. Но сэр Нэдлин столь истово звал полицию, что до прибытия Скотлэнд-ярда в доме было полно уличных зевак, любой из которых вполне мог прихватить нож. Этим же полиция объясняет исчезновение какого-то совершенно бездельного и ничего не стоящего украшения, которое мисс Элизабет обычно носила на шее, как медальон. Убийца, простите за тавтологию, убит горем и готов принять и куда угодно понести наказание. Инспектор Лестренд заявил, что дело не стоит выеденного яйца.

– Бьюсь об заклад, как рыба об лед, – сказал Холмс, – не успеем мы закончить завтрак как к нам в гости пожалует Лестрейд.

– Я так и знал – что-то показалось вам в этом деле подозрительным! И я даже догадываюсь, что. Вы сомневаетесь, что нелепый и маленький господин Нэдлин способен убить человека один, да еще и профессиональным ударом.

Холмс улыбнулся.

– Милый Уотсон, ваши рассуждения не лишены оснований, Но вы, как врач, прекрасно знаете, что в состоянии припадка, если, конечно, таковой был, даже самый тщедушный человек способен на действие невероятной силы. Меня больше заинтересовала пропавшая безделушка, а тем более нож… Думаю, что Лестрейд все же не сможет свести концы с концами. Ну, а то что он придет именно сейчас, предсказать было особенно просто: я сидел у окна и видел, как Лестрейд пересекал Бейкер-стрит. Он уже поднимается по лестнице.

В дверях появился Лестрейд. добросовестный, но недалекий инспектор Скотлэнд-Ярда. похожий на артиста Брондукова.

– Доброе утро, господа. Весьма сожалею, что прерываю ваш плавный завтрак.

– Хотите яйца, Лестрейд? – полюбопытствовал Холмс.

– Сыт по горло, – отказался Лестрейд. – У меня к вам небольшое дельце, господин Холмс. Так сказать, потребность в маленькой консультации.

– Присаживайтесь, присаживайтесь, дорогой Лестрейд. Вчера вы без тени сомнения надели наручники на сэра Нэдлина, но вдруг выяснилось, что у него был неизвестный сообщник…

– Черт побери, вы все знаете! Вы правы, как тысяча чертей. И этот сообщник, черт бы его драл, не далее как два часа назад убил смотрителя маяка Майкла Джексона. Точно таким же ударом под правое ухо, с одного раза, к чертям собачьим. И это еще не все, Холмс, это еще не все! Вдова Джексона утверждает, что убийца снял с шеи жертвы безделушку, которая очень похожа на ту, что была у Элизабет Нэдлин!

Холмс мельком посмотрел на меня и спросил:

– Лестрейд, расскажите подробнее, как произошло второе убийство?

– Утром в дом Джексонов пришел человек, две минуты поговорил с Майклом, смотритель быстро собрался и они ушли. Через четверть часа прибежали соседские мальчишки и сказали, что Майкл мертвый лежит в овраге, черт его дери! Это в районе Сонми, там чертова куча оврагов.

– То есть вдова видела убийцу?

– Да, – Лестрейд нервно жевал ус. – Да, Холмс. Вы можете себе представить, как неприятно, когда стройная и ясная версия летит ко всем чертям.

1
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело