Выбери любимый жанр

Жизнь без людей - Уайт Рэт Джеймс - Страница 2


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта:

2

Ей требовались воистину геркулесовы усилия, чтобы перемещать свое тело по полу. Поход в Управление социального обеспечения был для нее, похоже, главной физической нагрузкой за последний месяц. От веса жира в груди она страдала одышкой. Тодд с трудом мог представить себе, какие муки испытывало ее сердце, пытаясь прокачивать кровь через закупоренные артерии и капилляры. Тяжелый громкий хрип, вырывающийся из ее страдающих от недостатка кислорода легких, пугал Тодда. А что если она умрет прямо здесь, на стуле, и все будут ждать от него оказания ей первой медицинской помощи?

Но он и не собирался этого делать. Он представил себя, как она медленно синеет у него на глазах, а ее дети воют, причитают, и молят его о помощи. Его коллеги забегают в его кабинку посмотреть, что стряслось, и видят, что он просто стоит и ничего не делает. Они укоризненно смотрят на него, потом один из них прижимается ртом к ее мерзким губам, вдыхая жизнь в ее перегруженные легкие, а другой пытается нащупать под гигантскими буферами грудную клетку, чтобы сделать массаж сердца, отчего огромные жирные потные груди начинают трястись еще больше. А Тодд стоит и втайне надеется, что она уже не оклемается. Он был все еще погружен в свои фантазии, а его выражение лица несомненно выдавало его отвращение, когда она сказала нечто, от чего ему захотелось выскочить из офиса.

- Я хочу записаться на программу «Мать и дитя». Я снова беременна.

- Простите?

Тодду показалось, что он ослышался. Не такая же она глупая, чтобы заводить еще детей, если не может кормить и одевать четырех голодранцев, которых уже родила? Что происходит с регулированием рождаемости? Разве у кого-то еще стоит на это жирное чудовище? Если она не в состоянии прокормить себя, то какого черта заводит детей?

- Я беременна и хочу подать заявку на программу «Мать и дитя».

- Почему вы не делаете аборт? Мы бы с радостью оплатили вам его.

У женщины отвисла челюсть.

Тодд не мог поверить, что только что сказал такое. У него просто вырвалось. Он же на работе. Теперь она все расскажет его боссам, и его либо временно отстранят, либо уволят.

Если я не смогу убедить ее сделать это. Меня, наверное, все равно уволят, так почему бы не попробовать сделать доброе дело в последние минуты службы?

Женщина все еще смотрела на него широко раскрытыми глазами. Выражение лица медленно менялось с удивленного на возмущенное. Он должен был что-то сказать. Тодд наклонился над столом и заговорщически зашептал ей.

- Послушайте, если вы избавитесь от ребенка, и не будете рожать нового, который станет потом жить за счет налогоплательщиков, то я прослежу, чтобы вся процедура была оплачена государством. А если пойдете еще дальше и перевяжете себе маточные трубы, я лично прослежу, чтобы вам больше никогда не пришлось появляться в этом офисе. Никаких больше поисков работы, никаких собеседований, никаких подписываний документов. Каждый месяц вы будете получать талоны на питание и чек, и никогда больше не увидите моего лица.

Женщина открыла рот и замерла. Она замерла! Она раздумывала. Она посмотрела на хнычущего на ее коленях младенца, с перемазанным детским питанием и соком лицом, на двухлетнего ребенка в стоящей рядом коляске, воняющего грязными подгузниками, которые нужно было сменить еще час назад, на детей четырех и пяти лет, продолжающих драться из-за игрушки, которую один из них спер из продуктовой лавки, и на ее лице стало проявляться выражение усталости и смирения. В ее глазах заблестели слезы. Она выглядела смущенной и беспомощной. Тодд удивился, что его это совершенно не тронуло. По какой-то причине, бедственное положение одного человека не волновало его. Особенно, когда ежегодно вымирают 50000 видов растений и животных, и мы расчищаем под животноводческие фермы тропические леса, чтобы подобные жирные твари могли жрать свои чизбургеры. Ему захотелось отвернуться, но он знал, что ему нужно выглядеть полным сочувствия, если он хочет сохранить работу.

- Что я должна подписать?

- Я дам вам форму бесплатного медобслуживания. Сам заполню ее. Останется только подписать. Вы поступаете правильно.

Ему стоило неимоверных усилий, чтобы не улыбнуться. Он посмотрел на длинную очередь, стоящую за дверью его кабинки, и впервые не ощутил привычного беспокойства. Он не испытывал желания спрятаться под столом, сбежать из здания, или взять ружье AR15 и перестрелять всех в поле зрения, а потом сжечь это место дотла. Впервые за девять лет работы в Управлении соцобеспечения, Тодд Хаммерштайн по-настоящему почувствовал, что сделал доброе дело.

Глава вторая

Тодду потребовалась недюжинная выдержка, чтобы не распространять свое предложение по стерилизации в обмен на государственные деньги на каждого мужчину или женщину, приходивших к нему в тот день. Он знал, что ему следует быть осторожным. Но когда Тодд увидел, как к нему, шатаясь, вошла какая-то женщина, явно сидящая на метамфетаминах, несущая на руках орущего младенца, с самого рождения имеющего наркотическую зависимость, и попытался представить, на что были похожи первые 24 часа жизни этого ребенка в инкубаторе, выводящем из него наркотики, и каково его будущее, с трудом смог сдержаться.

Что случилось с нашим обществом, если мы позволяем размножаться подобным отбросам?

Они входили к нему один за другим. Мужчина, освободившийся по УДО только месяц назад, имевший по всему городу шесть детей от шести разных женщин, нигде не работавший и явно избегавший платить алименты. Парочка получателей социальной помощи в третьем поколении, уже имевшая двоих детей, бессовестно обсуждавшая рождение еще одного ребенка ради получения большего пособия. Мать-одиночка, чья мать растила трех ее детей, пока та шаталась по ночным клубам. И отец-одиночка, пытавшийся получить инвалидность, скакавший с одной работы на другую, жаловавшийся на все, от волчанки и хронической усталости до синдрома дефицита внимания. Тодду хотелось стерилизовать их всех.

Ему даже не хотелось спрашивать их об этом. Он мечтал о кнопке, нажимая на которую, можно было вызывать санитаров, которые привязывали бы их к стульям, а сам он стерилизовал бы их и кастрировал, как кошек. Интересно, принял бы кто-нибудь из них его предложение? Он решил, что нужно попробовать, чтобы выяснить это. С толстухой ему повезло. Но лучше не торопить удачу.

Тодд выполнял обычные процедуры, назначая им собеседования для устройства на работу, на которые, как он знал, они не пойдут, рекомендуя им торговые училища, к которым они проявляли еще меньший интерес, выдавая им брошюры о безопасном сексе и программах реабилитации наркоманов, пока они сидели со скучающим видом и с нетерпением ждали, когда им дадут заполнить документы для получения очередного чека. Его утренний успех с толстухой начинал уже стираться из памяти. Конечно же, было еще много честных трудолюбивых пар, которые были уволены по сокращению, либо увидели, что их платежи по кредиту удвоились из-за плавающей процентной ставки, либо просто переживали тяжелые времена. Такие обращались за материальным пособием раз в год. Но 40 % людей, приходивших в его офис, никогда не искали работу. Три четверти от оставшихся 60 % находили работу только чтобы снова ее потерять. Это напоминало бесконечную карусель, видеть их входящими и выходящими, из года в год.

Когда последние за этот день клиенты вошли в его кабинку, Тодд уже не мог контролировать себя. Он просто надеялся, что ему с ними повезет также, как с той толстухой.

- Входите. Присаживайтесь.

Он окинул их взглядом, и по нервным, дерганым движениям и потрепанному внешнему виду сразу все понял, даже не открыв их дело.

И он, и она были наркоманами, сидевшими на крэке, и он, и она занимались проституцией. Они ждали своего первого ребенка. Иногда казалось, будто каждый получатель пособия, приходивший в его офис, был либо беременным, либо с младенцем на руках. Чем меньше они были образованы, тем хреновей была их жизнь, и тем большую способность к размножению они проявляли. Одно это убеждало Тодда, что он делает правое дело.

2
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело