Выбери любимый жанр

Делл (СИ) - Мелан Вероника - Страница 2


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта:

2

Темно, тихо, пусто. Сплошная усталость в душе и голод - бесконечные спутники обреченного на жалкое существование человека.

Случались времена и получше.

Когда таблетка в стакане растворилась, я, наконец, включила свет. Закатала мокрые джинсы (холодно в них, и еще холоднее без них), осмотрела расплывшийся на ноге синяк – колено я ударила после того, как вскрыла дверной замок и дала деру, позволив остальным дальше орудовать в доме без меня, задела им о бетонный парапет, перепрыгивая. Ничего. Заживет.

Теперь порез…

Рана оказалась достаточно глубокой и до сих пор кровоточила; я сунула палец в стакан и поморщилась – хорошее, должно быть, лезвие у того ножа, если с одного касания вот так. Жидкость в стакане окрасилась в розовый.

Когда люди говорят «день не задался с самого утра», они чаще всего имеют в виду непрозвонивший будильник, пролитый кофе, порвавшиеся колготки, нежелательный звонок на мобильный или пробки по пути на работу. У меня не было ни будильника, ни кофе в шкафу, ни колготок, ни машины, ни даже нормальной работы. Да, мобильник был: старый, с треснувшим экраном и заедающими кнопками; он же служил и будильником. Машину пришлось продать несколько месяцев назад, сразу после аварии, кофе я в последний раз пила у Саймона в гостях (Две? Три недели назад?), колготки вообще не использовала - зачем, если нет ни платьев, ни того, с кем ходить на свидания, а специфика работы требовала лишь неприметной и удобной одежды в гардеробе? Косметика, колготки, фены, бигуди – подобные вещи нужны женщинам, ведущим нормальный образ жизни, а не Локерам, официально числящимся на должности секретаря, а на деле выполняющим разовые нелегальные заказы по открыванию замков.

Я поджала губы.

Мой день считался удавшимся, когда в желудок попадала хоть какая-то еда, на теле вечером оказывалось меньше трех ран, а за окном стояло тепло, что позволяло заснуть без лязгающих от холода зубов.

Все, хватит сантиментов: чай и в постель. Еще одна ночь, еще один день – такой же бесполезный, как и предыдущий. Завтра к Тони на поклон, после работы в офисе – аптека и магазин. А вечером в почтовом ящике, может быть, появится заветная бумага о разрешении перехода.

Надейся.

«А на что еще надеяться?» - я огрызнулась самой себе.

К тому моменту, когда перестал кровить палец, согрелся и чайник. В крохотном облупившемся шкафчике, прибитом к стене над плиткой, нашлась пачка чая с тремя пакетиками – один тут же отправился в кипяток. Вот оно – драгоценное тепло. Желудок обиженно буркнул.

Да, не еда. Еда будет завтра.

Первый глоток немилосердно обжег горло: пришлось добавить в кружку холодной воды из бутылки. Все, можно пить.

За окном не на шутку разбушевалась непогода. Лило, как из ведра: в стекло жестко хлестали дождевые струи. Палец болел не так сильно; я еще раз посмотрела на порез и вдруг вспомнила о ноже, оставленном на полу у порога. Надо бы взглянуть на него поближе, сгодится ли в повседневной работе? Если нет, всегда можно оставить дома или подарить.

Нож нашелся на прежнем месте – справа от мокрых ботинок (черт, не просохнут до завтра…), я нагнулась и взяла его в руки. Тяжелый, средней величины, с отформованной под пальцы рукоятью, широким недлинным лезвием. Наверное, военный. Хорошая находка; с назначением можно определиться позднее, сейчас, главное, отмыть; серебристый металл едва просматривался под слоем грязи и налипшей травы.

Я вздохнула, сегодня свет в квартире горел неприлично долго (снова распухнет счет за электричество), и отправилась в туалет, к раковине.

Вот уже несколько минут я, не отрываясь, смотрела на лезвие, начисто забыв о зажженном свете и голоде.

Нож.

Он был бы обычным ножом, если бы не одна маленькая деталь – телефонный номер на его поверхности. Точнее, над его поверхностью. Стоило повернуть лезвие немного вбок, как цифры вспыхивали и гасли – отчетливые и различимые.

Голограмма.

Голограмм в своей жизни я видела несколько: на дорогих рекламных щитах, упаковках запрещенных медицинских препаратов и Комиссионных печатях. Кто, а главное, для чего, мог создать такую над лезвием обычного ножа? Ну, хорошо, пусть не обычного, а тяжелого, красивого, в чем-то уникального, но ножа.

Загадочная находка, которую я, отмыв, сначала тщательно изучила с помощью увеличительного стекла, теперь лежала на кровати, молча храня свои секреты. В том, что ряд вспыхивающих цифр над поверхностью не являлся ни шифром, ни беспорядочным набором, ни комбинацией к сейфу, я поняла с первого взгляда: во-первых, настолько важную информацию никто не стал бы помещать в виде голограммы на подобный предмет, а во-вторых, за долгие годы работы с электронными замками, я научилась распознавать кодированные данные. Нет, это определенно был номер. Телефонный номер. Вот только, зачем?

Время одиннадцать вечера. По окну барабанили капли, чай давно выпит, самое время лечь спать, а я все сидела на мятой постели, ощущая, как вверх по позвоночнику пробирается холодок.

Когда-то друзья из «Кину» научили меня работать с замками (благослови небо их ушедшие души), и теперь, наверняка были бы разочарованны, узнай, на что именно я в последнее время растрачивала талант, и, видит Бог, были бы правы. Работать спасателем совсем не одно и то же, что работать вором. Вот только один принцип, став профессиональным Локером, я не нарушала никогда – не брала чужого. Открывала двери? Да. Иногда даже сейфы, случалось и такое. Но ни единожды я не присвоила себе чужой вещи – то был жесткий моральный устой, удерживающий от падения на самое дно, спасающий остатки потрепанного самоуважения. В домах всегда работали другие, они же решали, что взять, а что оставить. Моя работа заканчивалась в тот самый момент, когда раздавался заветный щелчок (или писк, или сигнал), что проход открыт.

Все.

В этот самый момент я уносила ноги. Иногда целые ноги, иногда расцарапанные, в синяках или порезах, а деньги за работу забирала у Тони, но только то, что мне причиталась за вскрытые замки, но никогда процент от потенциальной суммарной стоимости украденных вещей, хоть он и был неоднократно предложен.

А теперь на моей кровати лежала чужая вещь, едва ли не именная, и это напрягало. Такую невозможно было потерять по случайности или выбросить, за такой хозяин бы зорко следил, возможно, поставил бы внутрь маячок. А если так, значит, скоро в дверь могут постучать. Хотя… Нож, это стало ясно при близком осмотре, не один день пролежал в канаве, а хозяин за ним так и не вернулся. Значит, маячка нет.

Мысли путались.

Чтобы отвлечься, я встала с постели, стянула с ног сырые джинсы и повесила их на спинку стула, затем, во второй раз за вечер, включила чайник. Вернулась на кровать, замотала ноги в одеяло.

Итак, что мы имеем?

Ценную потерянную вещь, которая кому-то была дорога, и телефонный номер ее владельца.

Возможно, несуществующий более…

Возможно. Но если номер окажется действующим, хозяин может очень обрадоваться, узнав, что нож был найден.

Обрадоваться настолько, что вознаградит за честность?

Или разозлится и надает по шее.

Ну, к последнему не привыкать…

Внутри против воли затеплилась надежда – вдруг, если позвонить, он (она?)… нет, скорее всего он, почувствовав прилив благодарности, даст, ну, пусть не тысячу или даже не сотню долларов, но хотя бы пятьдесят? Даже двадцать… Супермаркет на углу открыт до утра. Внутри есть сыр, хлеб, мясная нарезка, сок… шоколад.

Рот наполнился слюной.

Внутри тут же высунула личико маленькая Меган – ее обнадежило слово «шоколад».

Не смей надеяться.

Она обиженно почмокала губами и скрылась из поля зрения. Ей, мелкой, было все равно, что я, большая Меган Райз, должна, несмотря на трудности, оставаться рассудительной, логичной, уметь терпеть ущемления и где-то постоянно (непонятно из чего) черпать силы, на то, чтобы жить дальше.

Кроха, ты маленькая мечтательница. До сих пор веришь в доброту, в заботу, в сказки. Хочешь красивую квартиру вместо этой промозглой дыры, любишь смотреть на далекий ночной Солар и представлять себя живущей там, где тепло, где любят… Да, любят и понимают.

2

Вы читаете книгу


Мелан Вероника - Делл (СИ) Делл (СИ)
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело