Выбери любимый жанр

Демон Жалын - Басов Николай Владленович - Страница 2


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта:

2

Лотар только вздохнул. Он хмуро отвернулся от окна и решил было уйти к себе в тихий зал для размышлений, но тут его внимание привлек высокий, толстый и сильный человек, важно восседавший на огромном жеребце редчайшей в этих краях масти – серой в яблоках. Человек этот спешился, шумно и энергично отдуваясь, подошел прямо к воротам и стал стучать закованным в латную перчатку кулаком так, что грохот пошел по всей ограде.

– А это кто такой? Их что же, придется во двор пустить?

– Ну, кого-то пустить придется, иначе мы не узнаем, кто они такие и чего хотят.

– А нужно ли узнавать? Что ты вообще о них знаешь? Почувствовал что-нибудь?

– Одно ясно, это не разбойники, – улыбнулся Сухмет.

Лотар пригляделся, и вдруг глаза его расширились от удивления.

– Ба, да это же… Это же!.. – Он слетел вниз, растолкал четверых учеников, которые терпеливо ждали развития событий, на всякий случай с оружием в руках. – Рубос, старина!

Это действительно был мирамец. Именно он стучал в ворота, и он, похоже, привел караван.

Рубоса впустили, дали вымыться после долгой дороги, усадили за стол. А через полчаса, когда этот несравненный едок заморил первого червячка половиной гуся и тремя дюжинами ржаных блинков с лесным медом и рыбьей икоркой, начался и разговор.

– Ну, – сияя, как только что отполированный клинок, спросил Лотар, – ты как?

По широкому, изборожденному морщинами лбу мирамца пробежала темная волна.

– В целом – неплохо.

– Как Светока? – спросил Сухмет, протягивая полоскание и вышитое льняное полотенце.

Рубос сполоснул руки после жирных блинов и вытер густые, широкие усы.

– Ждет седьмого. Надеюсь, будет все-таки мальчик.

– У тебя ведь первые трое – мальчики, – удивился Сухмет.

– Зато потом три девицы.

Лотар покачал головой:

– Слушай, семеро – не много ли?

– А что? Семь – превосходная цифра.

Лотар хмыкнул:

– Кажется, ты писал это в своих письмах каждый раз, начиная с третьего.

– Ну, если писал, значит, так и думал.

Лотар с любовью похлопал Рубоса по плечу. Мирамец растолстел, потяжелел, да и то сказать: его возраст приближался к пятидесяти. Но пронзительные синие глаза и стремительные движения выдавали тренированного бойца, которому еще далеко до заката.

– Сколько мы с тобой не виделись?

– Пять лет назад я дотащился до этого твоего теремка. – Рубос зачерпнул серебряной ложечкой яблочный мусс и с удовольствием дал ему растаять на языке. – Но тебя не было. Говорили, что ты отправился в Полуночные страны, воевать какого-то мага снегов.

– Мне передавали.

– А до этого я тебя приглашал на рождение третьего сына. А ты не приехал.

– Я был как раз на Северном море, пытался усмирить демонов Подводного замка.

– И опять же на рождение первенца ты не прибыл. Светока тогда очень огорчилась.

– А вот это было уже семнадцать лет назад, – торжественно провозгласил Сухмет и поставил перед мирамцем новую мисочку со сладким фруктовым пловом. – Попробуй, когда-то тебе это очень нравилось.

– Да, получается, мы с тобой восемнадцать лет не виделись, не меньше. – Плов Рубосу, вероятно, очень понравился, потому что он даже говорить стал невнятно.

– Я был занят, – сказал Лотар.

– Так и у меня времени – не полны трюмы. Я все-таки муж княгини Светоки Мирамской и соправитель княжества. Мне для того, чтобы оказаться тут, пришлось… – Снаружи снова раздался стук в ворота. – А вот, кстати, и они.

– Кто? – спросил Лотар, но ему никто не ответил.

Снова поднялась суета, кто-то из мальчишек открыл ворота, впустил несколько человек и, невзирая на протест, закрыл их, когда решил, что людей стало слишком много, а другой ученик проводил новых гостей в горницу.

Первым вошел высокий сухощавый молодец, который, кажется, так и родился со слабыми глазами и линзой в тонких белых пальцах. За ним выступал круглый, рыхлый, нестарый еще господин, в котором за версту можно было узнать толстосума. От него не отставали еще двое – вооруженные, как настоящие воины. Только один был расслаблен и постоянно готов ко всему, как телохранитель, а второй привычно хмурился, как офицер, которому даже в мирной обстановке Лотарова лесного терема мнилась какая-то угроза.

Лотар привстал, знаком предложил гостям садиться и, когда они расселись на некотором расстоянии от стола, тоже сел. Рубос должен был объяснить появление новых людей.

Мирамец облизал ложку, отложил ее, уперся руками в столешницу, и глаза его посуровели.

– Лотар, меня и этих господ привело к тебе в дом не только желание поболтать о старых деньках и прежних победах.

Желтоголовый едва заметно усмехнулся и кивнул. Здорово его друг научился держать речь в Навигаторском зале княжеского терема Мирама.

– Я так и думал. А в чем, собственно, дело?

– Позвольте мне, – вклинился в их разговор первый из вошедших. – Я – адъюнкт философии и географии трех академий, мэтр Шивилек. Меня наняли более двух лет назад для одного исследования, которое оказалось на редкость интересным. Сейчас я готов изложить по нему некоторые выводы.

Лотар взглянул на Сухмета, который подливал Рубосу слабую медовуху – единственное вино, которое нашлось в их доме.

– Вот как? И что же было предметом этого… исследования?

– Ты, почтенный господин Желтоголовый.

Ни один мускул не дрогнул на лице Лотара. Но он чуть отвел глаза в сторону. Это означало, что Лотар задумался.

– Да, Желтоголовый, твоя, так сказать, карьера за последние восемнадцать лет. С того момента, как ты прибыл в Ашмилону и тебя наняли для того, чтобы расправиться с Нуриманом.

Лотар кивнул:

– Помню. Кажется, мы были тогда совсем желторотыми. Просто удивительно, как нам удалось справиться с этим чудищем.

Ловким жестом мэтр Шивилек, как балаганный фокусник, извлек из кармана своей хламиды небольшую бумагу, развернул и ткнул в нее пальцем:

– Вот тут перечислены все дела, за которые ты, Желтоголовый, брался в течение этих восемнадцати лет. Их шестьдесят четыре. И лишь в трех случаях ты отказался доводить дело до конца. Хотя, по некоторым признакам, тебе это не составило бы труда.

С легким поклоном Шивилек передал бумагу Сухмету, который, прежде чем положить ее на стол перед Лотаром, бегло просмотрел список.

– Тут нет почти дюжины наших дел, милейший.

– Как нет? – Шивилек, казалось, был обескуражен. – Не может быть, мы учли все.

– Теперь это не имеет значения, – сказал богатый толстяк, и возмущение почтенного адъюнкта как ножом отрезало. Сразу стало ясно, кто тут заказывает музыку. – Но в трех случаях ты не справился, Непобедимый.

– Да, например, со Снежным Боярином, – вмешался Шивилек.

– Если бы я его убил, несколько небольших северных народов, которых только холод защищает от агрессивных соседей, через пару поколений просто вырезали бы.

Толстяк кивнул и перевел взгляд на адъюнкта.

– А что ты скажешь о Рыболовном Бродильнике?

– Это тот великан, который пешком бродит по морю и сетями ловит целые косяки себе на пропитание, – пояснил Сухмет.

Лотар чуть прищурился, вспоминая это очень необычное и поучительное дело.

– Все утверждения, что он причастен к каким-то пиратским вылазкам, оказались неправдой. Это существо не причинило никакого вреда людям. За что же было его убивать?

– Но ты взял деньги!

– Я беру деньги только после исполнения, милейший, – сказал Лотар таким ледяным тоном, что, казалось, от его голоса замерзло пламя свечей. – И сам решаю, насколько мой наниматель прав в своих обвинениях.

– А что ты можешь сказать о Ножеточце? Это же откровенный убийца! И демон, который служил придворным у самого Нахаба.

Как всегда, при упоминании этого имени невидимый, отдающий смертью вихрь поднялся в душах людей. Упоминать Верховодителя Зла так безответственно, как это сделал Шивилек, определенно не стоило. Лотар почувствовал, что этот ученый попугай, будь он хоть трижды адъюнкт, не нравится ему.

2
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело