Выбери любимый жанр

Последний рыцарь (СИ) - Райз Тиффани - Страница 1


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта:

1

Тиффани Райз

Последний рыцарь

Серия : Грешники (невышедшие новеллы)

Перевод: Skalapendra

Сверка: helenaposad

Бета-корректор: ildru

Редактор: Amelie_Holman

Оформление: Eva_Ber

Часть 1: Шрамы и полосы

- Я могу это сделать. Попытайся еще раз. - Нора сделала глубокий вдох и выпила стопку джина с тоником.

- Госпожа, это уже в четвертый раз. - Симона умоляюще взглянула на нее. - Вы уверены?

- Уверена. В этот раз получится. Я готова. Делай, саба. Давай.

- Хорошо, хорошо. - Симона провела рукой по волосам цвета радуги и посмотрела Норе в глаза. - Сколько вам лет?

Нора, не моргая, уставилась на Симону. - Мне…

- Госпожа, вы можете.

Лед в стакане Норы дрожал от нетвердой хватки ее руки.

- Тридцать.

- Твою мать! - Симона зааплодировала. Она обняла Нору и поцеловала в щеку. - Отличная работа!

- Боже мой, это было тяжело. - Нора потерла виски. - Ненавижу тридцатилетие. Готова поклясться, что неделю назад мне было двадцать с чем-то лет.

- Так и было неделю назад.

- Это все объясняет. Спасибо, Радужная Шлюшка. Мне была нужна небольшая помощь, чтобы добраться до пятой стадии горя.

- Пятой стадии?

- Принятие.

- В любое время рада помочь с принятием, Госпожа. - Симона оперлась на плечо Норы, и Нора поцеловала ее в разноцветную макушку. С радужными волосами или без, Симона была привлекательной, никто не мог оставить незамеченным эту массу мягких, вьющихся волос, которые ниспадали на ее спину потоком пяти различных ярких цветов.

- Что за дрянь ты используешь для волос? Кул-Эйд ?

Симона захихикала, и Нора решила, что, возможно, она заслужила сегодня порку. Симона посмотрела на нее с нетерпением, и Госпожа прижалась к ее карминовым губам в долгом поцелуе. Может, радужная саба заслужила даже больше, чем просто порку.

- Если вежливо попросишь, я, может, выпорю тебя и трахну , - сказала Нора в губы Симоны. Симона застонала, но не эротично.

- Я не могу, Госпожа. Меня забронировали. - Симона выглядела разбитой, опустошенной и несчастной. И невероятно очаровательной.

- Кто тебя забронировал? Я его убью.

Симона пожала плечами и покачала головой. - Не знаю. Мистер Кинг сказал, что меня будут ждать в баре в десять, что уже…

- Сейчас, - из-за спины Норы донесся знакомый голос. Она не развернулась. Ей не нужно было. Она где угодно узнает этот холодный, претенциозный, необузданный голос. - Симона, приступим?

- Да, мистер С , - ответила Симона, и Нора с уверенностью могла сказать, что та пыталась скрыть улыбку не перед Госпожой. Единственный человек, которому Симоне нравилось подчиняться больше, чем Норе, был Сорен , и это Сорен забронировал её на десять часов. Ну, разве не замечательно.

- Элеонор… - обратился Сорен , но Нора отказывалась поворачиваться и смотреть на него.

- Сорен. Хорошего вечера.

- Я это и планировал. Разрешите.

Симона одарила Нору последним извиняющимся взглядом и приняла протянутую руку Сорена , словно леди со своим кавалером. Никто не мог играть лучше роль джентльмена, чем Сорен , но это все было лишь игрой. Она и Симона знали это по личному опыту. Когда он закрывает за собой дверь подземелья, джентльмен превращается в садиста, и все напускное рыцарство исчезает. Слава Богу. Сорен не был джентльменом, и она не была леди. Так и должно быть здесь.

Краем глаза Нора наблюдала, как Симона уходит из VIP -бара «Восьмого круга». Она почтительно опустила глаза, вся ее поза говорила о подчинении, но Нора заметила, как в ее взгляде вспыхнуло предвкушение удовольствия. Днем Симона работала над своей докторской по философии на факультете международных отношений. Она заплатила за это дорогое образование деньгами, которые заработала на полу и подземельях с\м клубов Кингсли. Но Симона никогда и цента не брала с Сорена за его час с ней. С Сореном все всегда было из-за удовольствия, никогда из-за денег. Нора знала, что Симона и почти каждый сабмиссив в «Круге» заплатили бы ему за возможность порки. И подумать только, давным-давно Нора принадлежала ему - всей душой, телом и сердцем. И она отказалась от этого. Ради свободы.

И оно того стоило. По крайней мере, так говорила себе Нора.

Нора развернулась на барном стуле и осмотрела клуб. Тихая ночь, какими и бывали ночи будней. Хотя, гораздо тише. Только две сотни или около того девиантов , вместо привычных пяти сотен по пятницам или субботам. Но эта ночь была обучающей. Половина членов были или женаты, или с детьми. По крайней мере, 90 процентов ее клиентов были женатыми мужчинами, которые скорее бы солгали своим женам и приехали к Норе, которая изучит все их фетиши, чем сказали бы правду женщинам, которых они поклялись чтить и любить. И это тоже было хорошо. Если бы жены всего мира были чуть более открытыми по отношению к фетишам и мужскому подчинению, что же было бы с ней?

Осталась бы без работы.

Чувствуя разочарование из-за внезапного ухода Симоны , Нора выпила еще водки. Может, ей стоит назвать это ночью, поехать домой, поспать. Она может даже рано встать завтра и поработать над новой книгой. Последнее время Кингсли давал ей не так много свободного времени, особенно теперь, когда ее карьера Госпожи пошла в гору. За два года она стала специалистом во всех видах извращений. Деньги текли рекой. Боль лилась рекой. Выходных было мало.

Она спрыгнула со стула, и в конце бара открылся лифт. Может, это Кингсли решил, наконец, подышать воздухом. Она на это надеялась. Она хотела устроить ему взбучку за то, что отправил Симону к Сорену , когда Нора уже решила, что Симона сегодня принадлежит ей. Не то чтобы Кингсли знал об этом, но Нора никогда не упускала возможности припереть Кингсли к стенке. Может, сегодня она заставит его занять место Симоны у Андреевского креста.

Но нет, это не Кигсли вышел из лифта. Это был другой мужчина, которого она прежде не видела. На нем были черные джинсы и черные ботинки, красная футболка обтягивала его широкую грудь. У него был хороший загар, короткие темные волосы и привлекательное лицо - привлекательное в грубом смысле, с полудневной щетиной и обеспокоенным взглядом. Обеспокоенным? Интересно. Нервозность она могла ожидать, особенно, если учитывать, что он был новичком. Но обеспокоенность? Эту загадку она должна разгадать.

Мужчина подошел к бару и заказал скучного американского пива. С несущественным усилием он вскрыл бутылку и выпил ее в несколько легких глотков. Она заметила, что в заднем кармане был носовой платок - черный на белом - сабмиссив ищет доминанта. Вечер перестает быть скучным.

- Военный, - сказала она, подходя к барному стулу рядом с ним. - Я права?

- Из-за стрижки? - спросил он.

- И хорошей осанки. Дай-ка угадаю… Рейнджер. Вы все извращенные ублюдки.

Он усмехнулся.

- Я оскорблен.

- Ох, оскорблен, ты? Тогда морпех.

Он покачал головой: - Продолжайте угадывать.

- Для тебя «Продолжайте угадывать, Госпожа».

Он развернулся на стуле и впервые посмотрел на нее прямо. На ней были черные ботфорты, украшенные дюжиной серебряных пряжек, красная кожаная юбка, красный корсет, черный жакет и черная шляпа с красной лентой. Она выглядела потрясающе и знала об этом. У Кингсли был лучший портной в городе, который создал ее фетиш-гардероб. Еще одна причина, почему она искала с кем сегодня поиграть. Грешно использовать такой наряд для вечера воздержания.

- Продолжайте угадывать, Госпожа. - Он склонил голову в знак почтения.

- Только один тип военных гордится собою больше, чем морпехи. Морские котики?

Он ничего не ответил. Только отпил пива.

- Так и знала. Морской котик, - ответила она. - Дай секунду, чтобы я похлопала себя по плечу.

Она протянула руку за свое плечо и неуклюже похлопала себя.

- Это сложнее, чем кажется, - сказала она. - Не смейся. - Нора поменяла руки и попыталась похлопать себя по пояснице. - Я буду делать это, пока ты не признаешься, что ты Котик.

1
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело