Выбери любимый жанр

Англии капец! (СИ) - Устомский Александр - Страница 3


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта:

3

Сегодня ночью проштрафился десяток Генчика - Генуса из Анфы - мы его в Касабланке подобрали, нищего оборвыша, с европейскими чертами лица, довольно прохиндейской полненькой физиономией отличался этот малой. Таил он что-то. Помнил что-то о себе. Но все укрывал слоем жирка - он был склонен к полноте, мелкий поросенок. Пахал на тренировках и трудодни зарабатывал, как проклятый. Если взять Швейка, идиота и балагура Швейка, и откатить ему лет до самого сопливого детства - вы получите нашего Генчика - придурка и шалопая. Вечно устраивающего суматоху и хулиганства. Ночью ухитрился довести абордажников до белого каления, до драки дело дошло, все допытывался: 'А полундра - это родственница чучундры? Или она вам родственница, морским свинкам?' И все об одном, докопался до этой странной 'полундры'. Кстати, объяснения кличу легионеров 'Барра!' мы тоже не знали, но приняли на вооружение: 'Полундра и Барра' - это святое, это вечное. За свое не братское поведение получил десяток Генуса наказание - участвовать в бою припортовом им было запрещено. Уходили на север Гастингса, перекрывать дорогу на столицу. Мочить всех шустрых и отстреливать всех доносчивых. Ох, злились парни на своего декана. Наверняка под маской фонари прятал.

Молча, не спеша, ровно шли в сторону порта. Карта была, вел нас один из пехморов Вити, был он здесь, что-то вынюхивал с Павловым. Я один раз намекнул Вите: Джеймс Бонд был коммандер, это как коммандор, наверняка при флоте был приписан, хоть и захаживал в гости в Ми-6. Мол, морская разведка тоже нужна. Витя ответил скромно: 'С чего ты взял, что ее нет?' - но посмотрел на меня снисходительно, как на дите малое.

Еще на корабле над макетом мудрили и выработали примерный план действий. Точные планы - это не для нас, обязательно что-нибудь вкривь пойдет. Первая масштабная атака на европейцев, это не африканоидов гонять.

Жахнуло, как по команде, одновременно в двух местах. Я только успел присвистнуть негромко гимн атлантов, и мы понеслись, уже не скрываясь, к зданиям порта, каждый десяток к своему объекту.

Гастингс дышал на ладан, и как центр управления Пятью портами, и как порт он терял свое былое значение. 

'Топ-топ' - топают легионеры по улицам Гастингса. Выглядели они солидно. Упакованные в крепкие стеганки, легкие латные доспехи, с малыми штурмовыми щитами, которые легко можно было носить за спиной, по порту неслись крепкие, невысокие, но выглядевшие мощно за счет доспехов, легионеры. Началась бойня Гастингса: уже слышались крики англичан, и по характеру возгласов, по тому, как резко они прерывались, становилось понятно - мальчики колют уколы гладиусами. 

'Наш лечащий врач согреет солнечный шприц. И иглы лучей опять найдут нашу кровь!' - коли атлант, вкалывай волк войны, дозы демократии и свободы излечат эту гнилую англосаксонскую кровь. Эх, не люблю я фехтование, но хочешь сражаться, люби и гладиус носить. И махать, и резать и колоть резкими выпадами - 'Барр!' - кончик лезвия достал голову выскочившего на встречу англичанина, не раздумывая, не приглядываясь - к воронам - смирный сидит дома, с военными замыслами, с буйным характером выскакивают на улицу, всех на прием к Георгию, покровителю англов, он разберется кому куда дальше. 

Я отсекал широкую улицу, ведущую к одному из больших зданий, не замка, но это приземистое строение с каменными стенами и высотой метров десять явно было местом заседаний крупных местных шишек. Со мной увязались обязательная пара: Николашка и Алый - безродный ловкий мальчик, по имени Алексей, сразу получивший позывной 'Ал - Алый' и страдавший от моих придирок семь лет на пару с Николашкой. 

Мы присели на перекрестке, у стены дома и спокойно ждали гостей. Не усидят дома лоботрясы дурные. Ник достал из ножен гладиус, но в левой руке уже держал гранату - обоерукий, он одинаково свободно работал разными руками - левой он бросал гранату в цель так же метко, как и правой. Ал, мастер арбалетной стрельбы, держал свой навороченный станок наизготовку. Любил он болтами палить, был одним из тех, кто половину свободного времени торчит в столярке - нарезает болты, точит себе запасные, по тщательно подобранному размеру и весу - все халтурили на общественных работах, но свои 'Лабы' все честно зарабатывали.

У нас уже пять лет, как были введены товарно-денежные отношения, отпахал на пользу обществу час - получи 'Лабр', мелкую монетку ('Лабу', 'лабку') и обменяй ее на что-нибудь вкусное: чего душе угодно - хоть шоколадку девчонке купи и скушайте вместе, хоть 'продайся в рабство Себастьяну Перрейро, торговцу черным золотом', так шутливо мы называли систему авансовых отработок в расчете за ценный товар. А для мальчишек самым ценным товаром было свое, индивидуальное оружие. Грандмастер Мигель был классным 'Себастьяном' мог много отработок навесить за изготовление индивидуального гладиуса. И Антоний 'перейрствовал' неслабо - улучшенный арбалет изготовить можно, только досочки надо попилить, и заготовки наготовить, да мало ли дел найдется по деревяшке у грандмастера Марселина - всем находилась работа. 

Показалась группа англичан, шли пехотинцы: пики, мечи, шлемы.

- Чего ждешь, Ник, не жалей, - негромко поторопил я легионера.

- Жалко, - Ник переложил гранату в правую руку, собрался и точно метнул ее в солдат.

Хорошо взорвалась, семь человек остались вопить и истекать кровью на улице, остальные метнулись назад. Пара не ушла, болты Ала достали.

'Гранату ему жалко, экономный какой' - проворчал я негромко.

В стороне гавани грохотали взрывы, над ней уже поднимались клубы дыма, атланты резвились, дорвавшись до возможности жечь и разрушать имущество 'проклятых рабовладельцев'.

- Сейчас полезут, наглы эти, прибегут разбираться, - весело заметил Алый и убрал арбалет в чехол, за спину.

- Будет здорово, гранаты не жалеем. Помним инструкцию 'Три противника уже цель для гранаты', - напомнил им наши правила ведения боевых действий.

Сейчас, в начале противостояния с англами надо беречь состав, а то до Корнуолла доплывут полторы калеки.

Показался отряд, человек десять во главе с рыцарем, и доспехи у него выглядели солидней, и по одежде, по плащу сразу было заметно богатого человека. Наш клиент.

Мы уже залегли. Зачем выпендриваться? Мы и лежа по гранате докинем по желающим. А взрывались гранаты хорошо, осечек не было, надо было хорошо стукнуть пяточкой гранатной ручки по земле, по левой ладони, по бедру ноги - и швыряй - четыре секунды в запасе было.

С этими гранатами и минами получилась забавная история. Мы долго искали себе подходящего для выкупа кузнеца. И однажды встретили Мигеля из Толедо. Ринат сразу 'сделал стойку' и, пошептавшись с невысоким, но широкоплечим мужчиной, выкупил его из рабства. Навсегда. У Мигеля жизнь не удалась, он был странный кузнец, его больше интересовало рудознание, чем процесс работы с металлом в кузне. Вот любил он это дело, слыл хорошим знатоком руд: рудознатец в это время, это не только шахтер, добывающий руды и другие полезности из недр земли-матушки. Рудознатец это разведчик, способный сразу распознать возможность встретить ресурс в месте разведки. Рудознатец определял и ценность ресурса, руда она ведь разная по качеству в разных местах. 

Мигель Толедо обожал отзываться на просьбы коллег и шастать по Испании, консультируя по вопросам ценности руды в разных областях королевства. Но эта неугомонность не довела его до добра. Кто из его недоброжелателей подстроил ему бяку, он не знал, но его обвинили в шпионаже! Причем оказался он шпионом и арабов, и португальцев, и арагонцев, и венецианцев. И вообще 'враг кастильского народа' со всех сторон. Он сумел продать кузницу и бежать. Наверняка покупатель все это устроил! Есть такие ухари - уберут старого владельца, и захватят новую точку производства или продажи. Добегался Мигель до плена. Но скрыл свои навыки от арабов, ковать оружие им он не хотел. Мы ему мозги промыли в два счета: 'Рабству нет. Мастерству - почет'. 

3
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело