Выбери любимый жанр

Игры со смертью (СИ) - Веймар Ника - Страница 2


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта:

2

Пока чистила рыбу там же, у воды, ко мне пришла идея пройтись по ближайшим кустам в поисках грибов. Осень же, а лес, не считая некоторых форм жизни, вполне похож на наш... Идея оправдала себя на все сто! Почти сразу я наткнулась на усыпанное молоденькими опятами дерево, радостно срезала все, до которых дотянулась, складывая на расстеленную на земле верхнюю рубаху. Ещё бы картошечки к ним, да огурчик малосольный... Эх, придётся довольствоваться, чем есть.

Пока тащила опята к дому, наткнулась на заросли хрена и очень обрадовалась. Пока тётя была жива, мы каждую осень делали вкуснейшую домашнюю закатку. Да, приходилось поплакать, пока чистили и перетирали, но потрясающий острый вкус того стоил. Вспомнила, и аж слюнки потекли. С помощью палки и ножа наковыряла с десяток корней потолще, выполоскала в реке, почистила. Конечно, потом пришлось повозиться и вволю нарыдаться, пока превратила корни в подобие мелкой стружки, но получившийся результат меня устроил. Добавила сахар, соль, перемешала, попробовала и зажмурилась от удовольствия. Хрен получился острым, приятно щипал язык.

То, что местное божество меня всё-таки любит, окончательно поняла, когда в подполе обнаружился мешок прошлогодней картошки. Пусть она была мягкой и проросшей, находке я всё равно обрадовалась. Как и планировала, на обед зажарила пескарей с картошкой. На ужин - огромную сковороду опят, всё с той же картошкой. Но спокойно поужинать уже не довелось. Сняв ужин с плиты, я решила сходить к реке за водой. Заодно и коня напоить в очередной раз. Возвращаясь, увидела возле домика знакомую фигуру в чёрном.

- Добрый вечер, - вежливо поздоровалась, хотя по спине пробежали встревоженные мурашки.

Князь был спокоен, даже слишком. Бесстрастно смотрел, как я оставляю на крыльце ведро, привязываю гнедого. И лишь потом холодно бросил:

— Не уверен, что вечер добрый. Для тебя.

Мне стало совсем не по себе. Особенно, когда обратила внимание на хлыст в руке Айлина. Гнедой тоже встревоженно покосился на мага карим глазом и всхрапнул.

— Иди в дом, светлая, — не двигаясь с места, приказал князь.

Я глубоко вздохнула, копчиком чуя, что над моей головой и другими частями тела сейчас нависли самые, что ни на есть, грозовые тучи. Самое паскудное, что идей по их нейтрализации пока не было. Я чувствовала себя сапёром, идущим по минному полю с завязанными глазами. Один неверный шаг, и ... Подхватила ведро, зашла в дом, оставила его на кухне. Вышла в комнату и отшатнулась, едва не зацепившись за порог. Айлин пододвинул стоящий у стены стол на середину помещения, снял сюртук и сейчас не спеша закатывал рукава. Хлыст лежал на лавке.

— Воду можно было оставить здесь, пригодится, — холодно проговорил он. — Раздевайся до пояса и становись лицом к стене.

Я прижалась к стене, правда, к другой, и смотрела на мага круглыми от ужаса глазами. Он же не станет бить меня вот так, без объяснения причин, правда? Или станет?

— А п-поговорить? — промямлила я, чувствуя, как меня начинает нервно трясти.

— Не вижу смысла, — отрезал князь и поторопил: — Тебе помочь?

— Пытки и истязательства запрещены Красным крестом, — я чувствовала, как у меня подкашиваются ноги. Если бы он злился, можно было бы ещё как-то вывести его на диалог, но как разговаривать с человеком, который всё уже решил и спокоен, как удав, я не знала. Упавшим голосом закончила: — Это незаконно...

— Здесь я — закон, — Айлин взял хлыст, взмахнул им, примеряясь к лавке. Тот со свистом рассёк воздух и звонко щёлкнул, встретившись с деревом. — Не заставляй меня ждать, Алина.

— Хотя бы выслушай меня! — взмолилась я.

— Нет, — бросил мужчина, делая рукой какой-то знак.

Меня словно опутали невидимые верёвки и потащили к указанной князем стене, на ходу выталкивая пуговицы из петель.

— Я сама! Сама! — вскрикнула я, пытаясь освободиться, и едва не упала, когда узы исчезли.

Всхлипнув, прикусила губу и начала непослушными пальцами расстёгивать рубашку. Руки дрожали, как у алкоголика с перепоя.

— Не надо... — прошептала, из последних сил сдерживая слёзы и прижимая рубашку к груди, как последнюю защиту.

— Шрамов не останется, — «успокоил» меня тёмный маг. — Майку тоже снимай.

Что заставило меня отшвырнуть рубашку на лавку и броситься к нему, я и сама не понимала. Вцепилась в князя, как утопающий в соломинку, вжимаясь всем телом, и затараторила, стремясь успеть высказаться до того, как он помешает.

— Я правда не виновата, я не подливала магам в замке эликсир лимерии. Не знаю, кто это сделал и почему, кто подбросил мне улики. Но это не я, клянусь! И я не сбегала, ты же видишь, тихонечко тут ждала, потому что в замке требовали моей крови, а Кристиэль сказал, что никакого разбирательства не будет... Я просто хотела справедливости. Не надо, пожалуйста... Я ведь не виновата...

— Справедливости не существует, светлая, — Айлин кое-как отцепил меня от себя и встряхнул, держа за плечи. — Справедливость для одних всегда означает несправедливость для других.

Он толкнул меня к стене. Чтобы удержаться на ногах, я была вынуждена выставить вперёд руки, смягчая встречу со стеной. Жалобно вскрикнула, врезавшись в неё коленом, и в этот же момент кожу на спине обожгло ударом. Я закричала от боли, чувствуя, как вспухает на спине алая полоса, и ... поняла, что снова стою напротив пристально всматривающегося в мои глаза князя. Когда только он успел меня развернуть?

— Помнится, ты любишь выбор, — процедил он с жестокой улыбкой. — Выбирай, Алина: ляжешь под меня прямо сейчас или будешь выпорота.

Горло перехватил спазм, мешающий дышать. Я смотрела на Айлина, не веря своим ушам. Он же спокойно ждал моего решения. Всхлипнула, понимая, что оба варианта для меня неприемлемы. И выбрала тот, который показался наименьшим злом.

— Бей.

Прикусив губу до крови, начала стягивать с себя майку. Но маг остановил меня, положив руки на плечи.

— Почему этот вариант, Алина? — в его голосе звучало искреннее любопытство.

— Физические раны заживают быстрее душевных, — я прерывисто дышала, понимая, что ещё немного, и я просто не выдержу этого напряжения и разрыдаюсь. — Я... я себя возненавижу, если соглашусь... купить ... помилование... такой ... ценой...

Последнюю фразу едва договорила. Зло дёрнулась, пытаясь сбросить руки Айлина со своих плеч, но добилась обратного эффекта. Он притянул меня ближе и неожиданно погладил по голове. Эта неуместная ласка стала последней каплей. Я расплакалась, как ребёнок, задыхаясь от пережитого страха и обиды, от несправедливости мира, от осознания того, что гроза, похоже, всё-таки прошла стороной... Князь не торопил, позволяя успокоиться самой. Лишь бережно, почти невесомо, гладил по волосам и по спине.

— Никто ещё не искал защиты от моего гнева у меня же, — проговорил он, когда мои всхлипывания стали тише. — Уже одного этого тебе хватило бы, чтобы избежать порки. Но мне стало интересно, что ты выберешь: честь или целую спину.

— Я тебе этого не прощу, — обиженно буркнула я. — Нашёл развлечение: живого человека пугать до полусмерти поркой, а потом к интиму склонять...

— Я бы тебя не тронул в любом случае, — серьёзно ответил он.

— Ага, а кто меня ударил? — снова всхлипнула я и поёжилась, пытаясь почувствовать след от удара. - Больно, между прочим!

— Иллюзия, — коротко пояснил мужчина. — Всё только казалось реальным.

— Сволочь! — меня начало мелко потряхивать.

— Ещё какая, — согласился князь, опускаясь на лавку и устраивая меня у себя на коленях. — Никаких физических наказаний, Алина. Обещаю. Это достаточная компенсация?

— Верни меня домой, — всхлипнула я.

— Договор, — напомнил Айлин.

— Будь он проклят, — вздохнула я и упёрлась ладошками в грудь мужчины. — И вообще, пусти. У меня там ужин стынет.

— Я давно уже тебя не держу, — тихо рассмеялся он. — Со мной поделишься?

— Куда ж я денусь, — недовольно буркнула я. — Не боишься, что поганку подкину на тарелку? Или волчьих ягод в чай?

2
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело