Ключ от Шестимирья - Елизарова Екатерина - Страница 14
- Предыдущая
- 14/15
- Следующая
И все исчезло.
А через мгновение я ощутила под ладонями чуть влажную густую траву, услышала стрекот прячущихся в ней насекомых и глубоко вдохнула жаркий и одновременно по-ночному свежий воздух. Дурман чуть спал, но тело гудело и желало чего-то совсем уж невозможного. А впрочем…
Аран стоял на берегу небольшого озера неподалеку от места стоянки. Судя по каплям воды на его спине, он не так давно окунался. Мне казалось, я ступаю совсем невесомо, но он все равно заметил мое приближение.
В небесах Энсунтура нет лун, но ночами тут никогда не бывает абсолютного мрака. Растения, светящиеся в темноте салатовым, голубым и розовым, дают достаточно света. А потому видела я его, не испытывая особых затруднений.
– Привет, – шепнула, подойдя вплотную.
Потом провела пальцами по его обнаженному торсу, стирая капли, заглянула в глаза и, приподнявшись на цыпочках, потянулась к губам. Аран улыбнулся понятливо и поцеловал меня сам. Горячо, напористо. Затем чуть отстранился, сорвав с моих губ досадливый стон, и подхватил на руки.
Несколько взмахов гигантскими крыльями, и он опустил меня на траву, навис сверху. Сильный, решительный, с горящими диким, необузданным огнем глазами. Я почти испугалась, почти осознала происходящее, но стоило ему поцеловать снова, и не осталось ничего, кроме его губ, прикосновений и растекающегося по телу жара.
Аран пропустил одну руку мне под спину и чуть приподнял, вынуждая выгнуться. Второй рукой он гладил мои руки, плечи, живот… Чуть сжимая и сминая гладкую ткань новой туники. Но она явно мешала. Пытаясь стянуть, Аран задрал ее так, что закрыл мне лицо. Я рассмеялась, а через пару мгновений раздался встревоженный голос Рена:
– Кристи? Аран, что ты творишь, варг тебя задери?!
– Я многое тебе позволяю, друг, но это уже чересчур! – зарычал Аран. – Просто уйди.
– Уйти?! Ты совсем обезумел? Отпусти ее! Разве ты не видишь…
– А ведь я попросил, – процедил Аран и бросился на Рена.
– Мальчики! – вырвалось у меня, когда они кубарем покатились по поляне.
– Ты не видишь? Она не в себе! – прокричал Рен.
Аран остановил занесенную для удара руку.
– С чего ты решил?
– Все признаки налицо. У нее бинариус – гормональная перестройка.
– Ты уверен?
– Нет, она внезапно воспылала к тебе страстью.
– Не заговаривайся, Рен.
– Еще какие-то предположения, с чего вдруг она сама набросилась на тебя? Сама ведь? Фейнок запирают дома в этот период и даже близко не подпускают мужчин, чтобы не нянчить потом внеплановое потомство.
– Дохлый трам, и что с этим делать? У нас в группе одни мужчины!
– Скоро пройдет, – пообещал Рен. – Должно.
– Если вы закончили, может, пойдем спать? – невинно уточнила я, внезапно начиная замерзать.
– Озеро, – сказал Рен. – Прохладное. То, что надо.
И эти безумцы, хитро переглянувшись, схватили меня и потащили к воде!
– Сдурели?! – пыталась я образумить их. Дурман выветрился окончательно, и купаться совсем не хотелось!
– Для твоего же блага, Кристи, – шепнул Рен и подтолкнул меня в воду.
Кто бы знал, что там так глубоко! Я ушла под воду с головой, от неожиданности нахлебавшись и едва не утонув! Аран благородно побарахтался рядом и помог мне выйти на берег, где я сразу же отпихнула его и обиженно поковыляла в лагерь.
А потом накатил стыд. Чего я только не вытворяла! Приставала к Рену, к магистру Обители, куда меня приняли учиться, и чуть было… Боже, чуть было не отдалась Арану! Если бы стыд мог пробиться через ту ледяную силу, что морозила меня сейчас, я бы, пожалуй, уже сгорела.
– Кристи, ты как? – спросил Рен. – Тебе надо обсохнуть. Давай я разведу огонь.
– Не лучше ли тебе отойти от нее? – уточнил Аран, не рискуя приближаться.
Я всхлипнула и обхватила себя руками.
– Ну ты просто… – процедил Рен, – герой.
– Рен, – рыкнул принц.
– Знаю, знаю, слышал неоднократно. Она не опасная и не заразная, и она замерзла, ясно? Иди спи, если тебя это уже не волнует.
– Ты сам только что уверял меня…
– Может, хватит?! – не выдержала я. – Идите оба. И без вас фигово.
– Как?
– Я просто хочу побыть одна!
– Кристи, – мягко произнес Рен, – это последствия перестройки. Все пройдет. У тебя есть смена одежды? – Я уныло кивнула. – Тогда переоденься и ложись спать. Я тебе все объясню утром, хорошо?
Я подняла на него глаза:
– Почему родители ничего мне не рассказали? Много еще таких сюрпризов меня ждет?
– Насколько я знаю, фейны не так сильно отличаются от людей. Так что думаю нет, не много.
– Иди в палатку, – сказал Аран, – твои вещи уже там. Я буду спать снаружи, – добавил он.
– Спасибо, – прошептала я, очень плохо представляя, как теперь общаться с этим мужчиной.
На следующее утро, сразу после завтрака, лагерь быстро собрали и двинулись в путь. Аран ничего не спрашивал, вообще не говорил со мной. Поначалу это даже радовало, но чем дольше продолжалось, тем больше угнетало.
– Ты устала, – неожиданно сказал он в середине пути. – Если хочешь, дальше я понесу тебя на руках.
– Что ты сделаешь? – опешила я.
– Трансформация нецелесообразна, она ослабит…
– Знаю, знаю. Как видишь, я прекрасно справляюсь и сама, – буркнула я и, обогнув его, пошла вперед.
– Кристи, до воронки еще далеко. Будет разумнее…
– Воронка? – вновь перебив его, развернулась я. – Ну да, спасибо, что сообщил. Что касается разумности – я на нее не претендую.
Аран не обиделся, усмехнулся беззлобно, вызвав невольную усмешку и у меня. Когда он отошел, я поравнялась с Реном и сама заговорила о том, что не давало покоя.
– Прости, я вела себя… бесстыдно.
– Это нормально.
– Ну, может, мужчинам и по душе такое поведение, а я готова провалиться сквозь землю.
– Кристи, все девушки-фейнки через это проходят, только несколько раньше. Сколько тебе лет?
– Двадцать один, – испуганно ответила я. – Они бросаются на мужчин?
– Нет, – усмехнулся Рентель. – Их запирают до того, как они успеют наделать глупостей. Только вот происходит это в пятнадцать или около того, а не в двадцать один. Но ты жила в Энланте и, возможно, дело в воздействии другой, лишенной магии среды. Кто знает?
– Это не повторится?
– Нет, Кристи, нет. Твой организм полностью сформировался и готов к материнству. И не делай такие глаза, – рассмеялся он. – Завершенный бинариус – всего лишь возможность, но никак не обязанность. Просто забудь и живи как раньше.
– Как раньше… Спасибо, Рен, за все спасибо.
А совсем скоро я вновь ощутила жар. Но на этот раз, к счастью, исходил он снаружи. Почти сразу за этим в небе появился темный силуэт, и уже через пару мгновений путь группе преградила крылатая сунтурка. Брюнетка с длинными темными волосами, большими черными глазами и отблескивающими словно оникс крыльями склонилась в поклоне и произнесла:
– Мой тар, дальнейшее приближение к очагу опасно.
И готова поклясться, не только я обратила внимание на до безобразия глубокое декольте того якобы жилета, в который она была одета! Похоже, пренебрегают одеждой в Энсунтуре не только воины-мужчины…
– Докладывай, Ильнира, – ответил Аран, приподнимая ее лицо за подбородок. Так интимно и непростительно нежно.
Пальцы мгновенно закололо, а изо рта пошел пар.
– Воронка ведет себя неспокойно, – ответила девушка. – Она плюется сгустками пламени, из-за чего поверхностный пожар распространяется намного быстрее ее самой. Мы теряем лес и не можем приблизиться к ее границе.
– Кристи? – Аран повернулся ко мне. – Ты сумеешь покрыть льдом дорожку до края?
– А как ты сам думаешь? – спросила я как можно более пренебрежительно и с вызовом посмотрела на Ильниру. – Это вы тут все маги и волшебники от рождения. Не я.
Аран взглянул на сунтурку, затем снова на меня и с хитрым блеском в глазах протянул:
– Маленькая моя, у тебя все отлично получается. – Я возмущенно открыла рот, но не успела ничего сказать. Аран приобнял Ильниру за плечи и, склонившись почти к самому ее уху, прошептал: – Зрелище незабываемое.
- Предыдущая
- 14/15
- Следующая