Выбери любимый жанр

Королева яда (ЛП) - Мерседес Сильвия - Страница 3


Перейти на страницу:
Изменить размер шрифта:

3

Айлет, стараясь не двигать ладони, повернулась в седле и оглянулась. Она все еще могла, хоть с трудом, различить башни замка Дюнлок над деревьями. Где-то там принц Герард был заперт в своих покоях, пленник в своем доме. И Холлис…

Она была еще жива? Фендрель оставил двух венаторов отыскать и убрать всех захваченных тенью в замке. Холлис тоже убьют? Ужасная смерть для верной венатрикс.

Но Холлис уже не была венатрикс. Она предала Орден. Айлет была живым доказательством ее предательства.

Вдруг ощутив на себе взгляд Фендреля, Айлет повернула голову к нему, скаля зубы. Он сразу отвел взгляд на дорогу впереди, лицо было мрачным. О чем он думал за его глазами? О своем брате, холодном и неподвижном в часовне Дюнлока с дырой в груди на месте сердца? О Террине, лежащем мертвым в какой-нибудь кладовой, где его тело спешно укутали, а душа и тень были изгнаны из этого мира?

О Герарде, юноше, которого он растил королем, которого он пленил?

— Это не сработает.

Ее голос отчасти испугал Айлет. Она не хотела произнести это вслух.

Но Фендрель не вздрогнул. Даже не моргнул.

Она начала, так что могла и продолжить.

— Ты не сделаешь все правильно. Уже нет, — она склонилась в седле, стараясь не двигать ладони. — Я знаю, о чем ты думаешь. «Если я заставлю девчонку-ведьму сделать то, что нужно, и исправить мою ошибку, никто не узнает».

Она едко рассмеялась, пар вылетал в холодный воздух перед ее лицом.

— Даже если мы преуспеем, если я смогу убить Жуткую Одиль, и если ты убьешь потом меня и этих мужчин и женщин, своих товарищей, чтобы никто из живых не знал правды… Герард знает.

Она попала в цель? Было невозможно понять. Фендрель не двигался, не дрогнул. Как он мог быть таким спокойным после всего, что сделал?

— Думаешь, он примет трон отца? — продолжила она. — Серьезно думаешь, что он подчинится твоей воле, станет твоей пешкой? Ты знаешь, что он не такой. Ты загнал его в угол в этот раз, но он не будет бояться тебя вечно.

Все еще ничего. Он даже не взглянул на нее.

Айлет рассмеялась, звук был холодным в ледяном воздухе.

— Надеюсь ради тебя, венатор-доминус, что ты врешь лучше, чем я думаю. Надеюсь, ты врешь о том, что сделали с Террином. Потому что, если ты его все-таки убил, Герард никогда тебя не простит, — рявкнула она последние слова, слюна замерзала на ее губах. — Он добьется твоей смерти. Проследит, чтобы ты был обречен.

Фендрель повернулся. Медленно и спокойно, не прерывая бег лошади. Его лицо посинело от холода под щетиной на подбородке, бледные волосы прилипли ко лбу и обрамляли щеки. Но его глаза заставили Айлет отодвинуться, словно от острия ножа. То были глаза мертвеца.

Но в глубинах горело пламя.

— Не думай, что твои жалкие угрозы что-то для меня значат, ведьма, — сказал он. — Я уже обречен.

Она двигалась слишком быстро, ладони дрогнули, и боль вернулась. Айлет нужно было найти способ подавлять ее. Она не знала, как долго будет в этих рукавицах, и она не могла позволить себе пропадать в агонии каждые несколько минут. Она не могла…

Боль стала слишком сильной, и все мысли разбежались.

Когда она пришла в себя, ладони гудели, горло было будто обожжено. Она поняла, что ее стошнило, но не могла убрать это с одежды. Дорога тянулась перед ними по Водехрану. Айлет подняла голову и посмотрела между фигур в красных капюшонах перед ней, заметила, как еще один всадник направляется к ним галопом. Еще один капюшон… разведчик, видимо.

Через минуту он оказался близко, и она узнала Кефана. Желудок Айлет сжался. Они, видимо, привели его в чувство, подавив тот яд другим. Процесс был неприятным, она знала по своему опыту. Но им нужны были все для этой охоты.

Кефан ехал галопом по дороге, пока не добрался до них, и три эвандерианца впереди пропустили его. Он поравнялся с Фендрелем и быстро отсалютовал.

— Доминус, — он не взглянул в сторону Айлет. — Я нашел якорь.

Он, видимо, был отправлен из Дюнлока заранее, чтобы найти якорь проклятия Фантомной ведьмы, который позволил ей и другим ведьмам сбежать из Дюнлока. Эти якоря оставляли сильный магический след, когда были активированы, и тень Кефана — Дикарь — легко могла их отыскать.

— Близко? — осведомился Доминус.

Кефан кивнул.

— Он сломан и выброшен, но я уловил запах ведьм. Я следовал за ним пять миль. До Камона, деревни дальше по этой дороге, — он сделал паузу. Его лицо было серым в свете утра.

— Ну? — сказал Фендрель. — Говори. Они ждут нас в деревне? Или они снова ускользнули?

Кефан покачал головой.

— Я вызвал свою тень так близко, как только осмелился, искал след живой души в деревне. Но там была только одна… душа ведьмы с Анафемой. И больше… ничего. Ни людей, ни зверей, ни тени.

От слов венатора стало тихо. Айлет все еще плохо соображала от боли. А потом поняла.

— Трупный ведьмак, — озвучил Фендрель мысль Айлет. На миг снова стало тихо. Он добавил. — Проклятье.

Эвандерианцы заерзали в седлах, с опаской поглядывая друг на друга из-под капюшонов. Они знали, что Гиллотин ду Висгарус был среди Алых дьяволов, которые ворвались в Дюнлок прошлой ночью. Орден назвал его Трупным ведьмаком из-за его уникальных способностей. Ду Висгарус мог проклятиями заставлять тела других двигаться, будто это были его марионетки. Но с живыми телами ему было сложнее, так что он предпочитал управлять мертвыми.

Целая деревня? Гиллотин ду Висгарус мог убить и проклясть всю деревню? Мужчин, женщин, детей, зверей… всех?

Она невольно взглянула на Фендреля, искала на его лице подсказку. Он уже много раз бился с Алыми дьяволами. Он должен был знать, что делать.

Фендрель вдохнул носом.

— Ду Висгарус попытается остановить нас, — сказал он. — Если мы попробуем обойти его, он нападет сзади, со всех сторон, раздавит нас. Лучше напасть на него прямо и покончить с ним.

* * *

Они сказали мне, что я была особенной.

Представляешь, что это значило для меня? Маленькой сироты, которую гнали от одного порога к другому родственники, делающие вид, что ее не существовало? После многих лет пренебрежения, мучений, страха, который стал безмолвным онемением… я была особенной.

Из-за моей матери.

И ее матери.

Потому что когда-то давным-давно моя семья владела великой силой, обладала большим влиянием, меняла облик мира.

А теперь я, последняя из своего рода, была последней надеждой Ордена святого Эвандера. Только я могла носить корону из эйтра. Только я, благодаря крови в моих венах, могла выжить с силой, запертой в том живом металле, и научиться управлять ею. Научиться управлять ею и спасать души и тела.

Так они говорили мне, кормили меня легендами и мифами. Я лакала их слова, как сладкий мед, и наполнилась до краев словами о героизме и надежде. Но они сказали мне, что сначала мне нужно было обучиться. Я была взрослой для посвящения — четырнадцать, женский цикл уже начался. Но никто из других детей так не хотел угодить им.

Никто из других детей не был… особенным.

3
Мир литературы

Жанры

Фантастика и фэнтези

Детективы и триллеры

Проза

Любовные романы

Приключения

Детские

Поэзия и драматургия

Старинная литература

Научно-образовательная

Компьютеры и интернет

Справочная литература

Документальная литература

Религия и духовность

Юмор

Дом и семья

Деловая литература

Жанр не определен

Техника

Прочее

Драматургия

Фольклор

Военное дело